Ровно 25 лет назад - 10 декабря 1992 года - в Душанбе со стороны Гиссара и районов Рудаки (тогдашнего Ленина) и Варзоба вошли вооруженные формирования Народного фронта Таджикистана, которые выступали за восстановление конституционного строя.

Это воспоминания журналиста о том, что происходило в те месяцы, и об одном из основателей Народного фронта Сангаке Сафарове.

Бойцы Народного фронта блокировали дороги, ведущие в Куляб. Открытыми остались трассы только Раштского направления и ГБАО.

Сегодня эксперты говорят, что, оставив открытыми указанные направления, НФТ тогда спас Душанбе от разрушений и большого кровопролития. В противном случае вооруженные формирования оппозиции, контролировавшие столицу с начала мая 1992 года, вступили бы в смертельную схватку с формированиями НФТ.

Таким образом, не оказав серьезного сопротивления бойцам Народного фронта, вооруженная оппозиция отступила в Рамитское ущелье, Рашт и ГБАО.

До вступления в Душанбе в столице ходили самые противоречивые слухи о Народном фронте, особенно об одном из самых видных его полевых командиров, криминальном авторитете из Куляба, 64-летнем Сангаке Сафарове.

Некоторые считали его народным мстителем, который спасет Таджикистан от исламского радикализма, для кого-то он был губителем нации. Но до начала гражданской войны многие даже не знали о существовании Сангака.

Сангак Сафаров
Архивное фото

Впервые он представился журналистам в конце июля 1992 года в Хороге, где состоялись первые мирные переговоры между конфликтующими сторонами в еще только разгоравшейся гражданской войне.

 

Встреча в Хороге

В состав участников переговоров были включены руководители госструктур, духовенство, лидеры политических партий и движений республики и представители народа. Автор этих строк, тогда заместитель главного редактора газеты «Тоджикистон», был в составе небольшой группы журналистов, которая освещала переговоры.

Они проходили в здании исполкома ГБАО. Первый день, 26 июля, начался с взаимных обвинений.

«Были, конечно, обиды, обвинения, претензии другу к другу, - рассказывает бывший заместитель премьер-министра Давлат Усмон. - Был момент, когда какая-то группа людей демонстративно покинула зал. Встреча была на грани срыва, но министр внутренних дел Мамадаёз Навджуванов смог их уговорить вернуться. Потом, когда обе стороны «высказались», все успокоились, и все пошло как планировали. Стороны стали обсуждать условия мирного соглашения».

Главный вопрос, вокруг которого разгорелись ожесточенные споры, - механизм сдачи оружия. Кто-то был готов разоружаться лишь после отставки президента, а кто-то вообще не хотел.

Командир вооруженных формирований Кулябской области Саид Салимов заявил, что отряды, которые находятся у них в области, не относятся к Национальной гвардии, а являются отрядами самообороны, они обеспечивают общественный порядок в регионе, защищают важные государственные и народные объекты и госграницу. Однако у его оппонентов эта идея не нашла поддержки. Председатель движения «Лаъли Бадахшон» Атобек Амирбеков сказал, что незаконные формирования нужно разоружить и участники переговоров сами должны подать пример.

«Появились разные формирования, их представителей сегодня здесь нет, разве можно с ними договориться о сдаче оружия? Я видел людей из Кулябской области, для которых слово Сангака Сафарова ничего не значит. Они сами по себе. Где гарантия, что они не будут воевать дальше?» - спросил он.

Архивное фото

В конце концов участники пришли к согласию. Соглашение из 16 пунктов предусматривало, что в течение трех дней после его подписания все вооруженные группировки должны быть расформированы, оружие сдается структурам МВД и КНБ. А в течение суток стороны должны были освободить и возвратить на место жительства захваченных заложников. До 18:00 28 июля вооруженные группировки под контролем сотрудников МВД и КНБ обязались снять свои вооруженные посты с автомобильных дорог, гособъектов, расформировать свои штабы, освободить все здания и помещения, вернуть владельцам их автотранспорт.

 

Напрасные ожидания

Итоговый документ в Хороге подписали 87 человек.

«Мы, руководители и представители политических партий и движений, представители духовенства, командующие вооруженными группами, председатели комитетов исполнительной власти Ленинабадской, Курган-Тюбинской, Кулябской областей, Автономной республики Бадахшан, города Душанбе, районов республиканского подчинения, федерации профсоюзов, правоохранительных органов, с участием руководителей правительства республики со всей ответственностью заявляем, что ситуация в Республике Таджикистан настолько осложнена, что грозит исчезновением таджикского государства, его культурного и древнего народа. Осознавая данную угрозу, мы объявляем, что будем выполнять все ниже приведенные требования Соглашения сразу после его подписания», - говорилось в тексте Соглашения.

Высшее руководство страны полностью поддержало Хорогское соглашение о мире. Уже 29 июля был издан указ президента «Об оперативных мерах по стабилизации общественно-политической обстановки в республике и претворению мирного соглашения в Хороге», где, в частности, говорилось: «До 2 августа 1992 года необходимо создать комиссии в районах и городах республики по исполнению пунктов Хорогского соглашения».

В документе даются поручения обл-, гор-, райисполкомам, СМИ и учебным заведениям республики провести широкую разъяснительную работу среди населения о значении Хорогского соглашения.

В тот же день вышло постановление ВС «О создании республиканской комиссии по контролю за исполнением условий соглашения».

В состав комиссии вошло 39 человек, среди которых было много известных общественных деятелей, в том числе Отахон Латифи, Сайфиддин Тураев, Тураджонзода и другие.

Однако все эти меры правительства оказались бесполезными. Уже в день подписания Соглашения перемирие было нарушено. Вечером 27 июля в совхозном техникуме им. Куйбышева Бохтарского района произошло боестолкновение.

 

Народный лидер

После переговоров и подписания протокола некоторые из участников поехали на лечебный источник в Гармчашму, в том числе Сангак Сафаров. Тогда мне удалось взять у него интервью, хотя отвечал он неохотно.

Мой первый вопрос был таким: как остановить войну в Таджикистане?

Сангак Сафаров
Архивное фото

Сафаров ответил, для того чтобы остановить войну, необходимо расстрелять с каждой стороны по 4 лидера. «Я готов стать одним из них», - уточнил он.

- Чего хотите вы и ваши сторонники?

- Мы хотим восстановить конституционный строй и законность в стране, которые исламские радикалы растоптали. Мы хотим жить в светской стране, а не по законам шариата.

- Почему именно вы стали одним из главных командиров – сторонников правительства?

- Меня попросил народ Куляба.

Сангак Сафаров тогда был одним из руководителей и полевых командиров Народного фронта Таджикистана. Он не занимал высоких постов в правительстве, но некоторое время многими  считался чуть ли не первым лицом в государстве.

По официальной информации, Сангак Сафаров родился 1 января 1928 года в селе Шугнов Кулябской области. Его отца репрессировали в 1935 году, старший брат был осужден в 1939 году, а двое младших братьев умерли от голода.

В 1951 году Сафаров был приговорен к лишению свободы сроком на 1 год за угон автомобиля, затем в 1957 году его осудили за наезд на пешехода, приведший к смертельному исходу. После отбытия очередного срока Сангак Сафаров работал буфетчиком в Центральном парке Душанбе. В 1964 году, защищаясь от рэкетира-чеченца, убил его и снова был осужден. В общей сложности провел в заключении 23 года.

29 марта 1993 года Сангак Сафаров и его бывший сподвижник полевой командир Файзали Саидов погибли при невыясненных обстоятельствах в Бохтарском районе.

Согласно распространённой версии, Сафаров в беседе с Саидовым вспылил и неожиданно застрелил его, после чего охрана последнего открыла огонь, и в результате начавшейся перестрелки погибли 17 человек, в том числе и Сафаров. По другой версии, они были убиты спецгруппой ГРУ.

 

Ирония судьбы

Собирая материал для этой статьи, мы с удивлением обнаружили, что о жизни Сангака Сафарова сейчас мало кто хочет говорить.

Таджикский высший военный колледж, некогда носивший имя Сангака Сафарова, позже был тихо переименован. Теперь это Военный институт Министерства обороны.

В свое время именем Сангака были названы улицы, проспекты, колхозы и совхозы; постепенно они также были переименованы.

Ирония судьбы в том, что Сангак Сафаров воевал за светский Таджикистан, за установление законности в стране, а сегодня его дочь носит хиджаб. Один из его сыновей за причастность к незаконному обороту наркотиков и вооруженное сопротивление властям получил пожизненный срок.

…Тогда после возвращения из Хорога и публикации интервью с Сангаком Сафаровым очень много иностранных журналистов связывались по телефону со мной и спрашивали личное мнение об этом человеке.

Тогда я сказал, что, если в ближайшее время исламская оппозиция Таджикистана установит полный контроль над страной и начнет править республикой по своим законам, через 50 лет в центре Душанбе будет установлен памятник Сангаку Сафарову как борцу за свободу таджикского народа. Я и сегодня так думаю.